Русская жизнь.

1450
4 минуты

Мои предки по отцовской линии – томские казаки. Возможно, первый казак Соломатов отправился с Донских земель в Сибирь в начале 16-го века. Во всяком случае, первое упоминание моего предка томского казака Олежки Соломатова есть в «Истории Сибири» Г.Ф.Миллера, в письме Матвея Трубчанинова боярину Федору Боборыкину. В Сибирских летописях уже говорится о его сыне: в 1659-ом году конный казак Алексей Соломатов поставил на берегу реки Томь деревню Соломатово, которая существует и по сей день.

Там в 1937-ом году и был расстрелян мой дед.

Я бывал на родине своих предков три раза, а в 1968-ом году провел там все летние каникулы и не только имел возможность познакомиться с жизнью русской деревни, но и легко сумел вжиться в нее. Известно, что в казаки обычно попадали люди к «воинскому делу обыклые». Кроме всего прочего, общинные «мирские» традиции сохранились в тех местах даже после тяжелых, сталинских чисток. Без каких-либо заметных, внешних проявлений это ощущалось во всем: во взаимоотношениях, в разговорах и, собственно, в жизненном распорядке. Я увидел, что эти люди, многие из которых являлись моими родственниками, много и добросовестно работают.

Не было там ни культа денег, ни какой-то особой, болезненной любви к вещам, ни заискивания перед любой властью.  Собственно, каким бы то ни было отношением к власти там и не пахло – они жили сами по себе и выглядели вполне самодостаточными. За три месяца я не заметил в деревне ни одного пьяного, не слышал ни об одном алкоголике, хотя, во многих домах в сенях традиционно стояла бадья с легкой бражкой на черном хлебе без добавления сахара. Пару раз я ее пробовал. На вкус – слегка забродивший, кислый квас. Вернувшись с работы, хозяин останавливался в сенях, выпивал кружку этого хмельного напитка и шел за стол, где его ждал ужин. Видимо, самые основательные празднования переносились на холодное время года, когда работы было меньше. Еда, по московским меркам того времени, казалась мне скудной, но невероятно вкусной, особенно хлеб, который они пекли в печи. Молоко, сметана, картошка, огурцы и изредка копченое сало. И мёд в каждом доме. В деревне было несколько пасек.

Мясо появлялось только осенью. Тогда, как рассказывали, вся семья садилась лепить пельмени на всю зиму. Обычно, готовили несколько мешков, которые хранили на холодном чердаке. В сельпо с продуктами было не то что бы плохо, а просто никак. Хлеб завозился раз в неделю на катере и разбирался в первый же день. Килька в томате соседствовала с топорами, вилами, серыми макаронами, валенками и конфетами – карамельные шарики, облепленные сахарным песком.  Я был потрясен, когда в первый же день попал в лес. Белых и подосиновиков было столько, что на одной сотке можно было набрать кузов грузовика. Но в Сибири почему-то собирают только грузди, которые засаливают на зиму.

Не ловили в реке и рыбу. Как-то я спросил двоюродного деда Василия Алексеевича, капитана первого ранга в отставке, где можно половить? Он ответил, что рыбы в Томи нет. Я не поверил, и за полчаса наловил ведро огромных, голубых окуней. С трудом притащил улов деду, заорал: «Дед, а ты говорил, нет рыбы». «Разве это рыба, - равнодушно ответил дед. – Вот когда я был маленьким, мой дел брал меня на ночную рыбалку с острогой. Стоим над омутом, на корме костер горит, и на дне таймень. И мужики обсуждают: бить или не бить, перевернет лодку или нет?».

Жители деревни, а я гостил и в соседних деревнях,  даже молодежь, казались мне чересчур серьезными, основательными, степенными, по-крестьянски рассудительными и при этом ровно доброжелательными. Меня удивляло, с каким терпением они возились с «московской штучкой». Учили ездить верхом, на мотоцикле, на тракторе. Дед Василий Алексеевич очень обстоятельно посвятил меня во все секреты добычи золота – мой родной  дед был старателем, имел артель. А так же рассказал, как после расстрела брата спасал моего шестнадцатилетнего отца, которого он взял юнгой на свой эсминец.

Сомневаюсь, что сегодня в тех краях так же благостно, как я описал, но уверен, что крепкие корни и традиции помогли этим людям сохранить в себе то же простое, стоическое отношение к жизни.

 

© Саломатов А.В., текст, 2017

  • Комментарии
Загрузка комментариев...