Башибузук А.
Хроники Горана. Прознатчик: Фантастический роман / Рис. на переплете В.Федорова — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2016. — 314 с.:ил. — (Фантастический боевик).
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 5 000 экз.
ISBN 978-5-9922-2266-1

Оказывается, и так бывает… Открыл глаза, а вместо медсестры рядом Яга. Да, самая настоящая. Правда, находишься ты не в избушке на курьих ножках, а в небольшом каменном домике, да и Яга, мягко говоря, совсем не смахивает на сварливую бабку с костяной ногой, но зато в антураже присутствуют домовой с лешим и громадный котяра по имени Буян. И всякие прочие кикиморы, шишиги и волкодлаки с упырями. Даже гномы с эльфами водятся местами, вполне настоящие, но почему-то зовутся хафлингами и алвами, да и видом немного не те. Про колдунов и чародеев, надеюсь, упоминать не надо? На первый взгляд может показаться, что попал в сказку, но очень скоро начинаешь понимать, что со сказкой окружающая действительность ничего общего не имеет…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1

Звериные острова. Остров Быка. Предгорья Черного хребта.

9 Лютовея 2001 года от восхождения Старших Сестер. Вечер

Бархатная обволакивающая темнота резко смениласьярким

пронзительным светом, вышибающим из глаз жгучие слезы.

Глаза закрылисьсами по себе, но через мгновение я попробо_

вал их открытьвновь , с трудом пересиливая желание уйти в

спасительный мрак, несущий забвение и покой.

Почерневший от времени потолок, обшитый тесанными

вручную досками. На столбе, украшенном грубыми резными

узорами, под самым потолком висит на гвоздике связанный

толстыми нитками пучок сухой травы с крупными, фигурными

продолговатыми листьями. Паучок пробежал по узорчатой па_

утинке... Паутинке?

Я захотел протеретьглаза... и чутьне заорал от радости, гра_

ничащей с животным ужасом. Мускулы сработали, и рука вы_

полнила приказ. Рука выполнила приказ!!! Рука выполнила...

Радостьсмениласьдиким разочарованием. Сон, опятьсон...

Сознание не хочет мириться с суровой действительностью и те_

шит себя спасительными грезами, позволяющими хоть на миг

вырваться из неотвратимо надвигающегося безумия. В бесси_

льной обиде, на себя и весьмир, опятьсжал веки.

— Проснулся? — Грудной, мелодичный женский голос по_

казался мне совсем незнакомым, но удивительно приятным.

К тому же он каким_то невероятным образом смешивался с

пряным ароматом мясного бульона, разбавленного запахом ко_

стра. Странное сочетание...

— Проснулся, спрашиваю?—В голосе прозвучали нетерпе_

ливые и требовательные нотки.

— Проснулся, — машинально ответил я и не узнал собст_

венного голоса. Мало того, я не узнал языка, на котором сказал

6

эту фразу, и вдруг стал понимать, что неизвестная девушка го_

ворит на том же языке. Отрывистом, полном гласных звуков,

совершенно незнакомом мне, но все равно вполне доносящем

смысл сказанного.

— Вот и молодец. Теперьвставай и иди есть... — Надо мной

возникло миловидное округлое женское личико с большими

немного раскосыми глазами и собранными от висков в две тол_

стых косы темно_русыми волосами.

— Ты кто? — быстро спросил я, стараясь воспользоваться

последними мгновениями пред грядущим безумием. В том, что

оно наступит, сомнений уже не оставалось. Все не так, все не_

привычно, вплотьдо холодных судорог, железной хваткой ох_

ватывающих разум.

Сложенные из массивных валунов низкие стены. Закопчен_

ные сучковатые балки, увешанные пучками сухих трав и связ_

ками чего_то непонятного, оченьпохожего на мелкие косточ_

ки. На стенах мохнатые шкуры, полки уставлены горшками,

кривоватыми скляницами и мешочками. Грубо кованные стен_

ные шандалы с бесформенными кусками чего_то светящегося

ярким, мягким светом. В уголочке, между сундуков, каменный

алтарьс тлеющей лампадкой подле женской фигурки, искусно

вырезанной из какого_то белоснежного камня. Неправильно, я

не должен здесьбыть . Почему — не знаю, но не должен!..

И девушка... Ладная фигура, но совсем не хрупкая, полная

силы, мощи и одновременно диковатой грации. Русые волосы,

собранные в несколько кос, унизанных кольцами желтого, ту_

склого металла. Лицо немного простоватое, но милое, правиль_

ных очертаний, кажущееся немного скуластым, скорее всего

из_за больших глаз с изумрудно_зелеными радужками, поддер_

нутых уголками к вискам. Длинная черная юбка, в нее заправ_

лена белая блуза с широкими пузырчатыми рукавами, овчин_

ная безрукавка мехом наружу. На широком, проклепанном ко_

жаном поясе — длинный широкий нож в потертых ножнах,

слегка изогнутую рукоятку которого венчает черная голова не_

понятного зверя. Множество браслетов на руках и ожерелье из

чеканных черных бляшек с медальоном в виде... странного, со_

всем не человеческого черепа с тремя рубиновыми глазами...

— Кто ты?.. — Я машинально повторил вопрос, не в силах

воспринять окружающую меня действительность.

— Я? — слегка удивиласьдевушка, но потом улыбнуласьи

ответила: — Я Мала. Малена. Как ты себя чувствуешь?

7

— Чувствую? — Я с удивлением рассматривал свою руку.

Толстое запястье, мощное предплечье, массивная мозолистая

ладонь... Но как? Как я могу рассматривать свою руку, если я...

что я? Ничего не помню. Знаю лишь, что раньше не мог рас_

сматриватьсвою руку... Господи!!! Памятьвнезапно вернулась,

и я словно со стороны увидел мертвенно_блеклую больничную

палату, множество непонятных медицинских приборов и вы_

сохшее, словно мумифицированное, мужское тело на кровати.

Лицо не рассмотрел, мешала кислородная маска, но был совер_

шенно уверен, что это я... Да, я, некогда здоровый, полный

жизненной энергии, превратившийся волей судьбы в усыхаю_

щее растение... Но почему? Как? Эти фрагменты напрочьис _

чезли из памяти.

— Вспомнил? — Малена уже отвернуласьк очагу и что_то

помешивала длинной деревянной лопаткой в закопченном ко_

телке, висевшем над большим очагом, обложенным диким

камнем.

— Не все... — выдавил я из себя и, внутренне трепеща, по_

пробовал сесть... и сел!!!

— И что же ты вспомнил? — Девушка споро собирала на

стол: взмах тесака устрашающего вида — и с легким треском от

большой круглой ковриги отделился ломоть ноздреватого, пах_

нущего легкой кислинкой хлеба, еще взмах—рядом лег второй.

— Практически ничего... — Я наконец обратил внимание,

что на мне надета рубаха из грубого домотканого холста, выши_

тая немудреными, слегка напоминающими скандинавские,

узорами по вороту. И той же ткани широкие свободные порты.

Неожиданно в голове возник вопрос и сразу же прозвучал в го_

лосе: — Скажи, Мала, а как меня зовут?

— Как тебя звали раньше, я не знаю. — Малена плюхнула

половник дымящегося, источавшего дивный аромат мясного

варева в большую глиняную миску. — А сейчас тебя зовут Гор.

— Гор... — Я попробовал проговоритьэто имя, словно про_

буя его на вкус. — Гор... А кто этот Гор... был?..

— Дурак, — категорично выдала Малена и с хрустом разда_

вила несколько зубков чеснока, придавив их клинком тесака к

доске, на которой рубила хлеб. Собрала остро пахнущие комоч_

ки на лезвие и аккуратно, поровну распределила по мискам.

После чего посмотрела на меня и еще раз повторила, на этот

раз, добавив определений: — Дурак. Слабоумный. Тупой. Ли_

8

шенный разума.—Девушка помедлила и с некоторым самодо_

вольством добавила: — Раньше был...

— Поясни... — Я себя в этом обличье не ощущал дураком.

Совсем наоборот, мысли отличалисьневиданной ясностью.

— Ты встаешь?—В голосе Малены опять проскочили нотки

нетерпения. — Да вставай же ты...

Мысльо том, что надо встать, резанула непонятным стра_

хом, впрочем мгновенно сменившимся такой же непонятной

уверенностью. Встать? Да это же просто... Мозги подали

команду телу, и оно послушно встало. Упруго, быстро и лов_

ко — как отлаженная, хорошо смазанная машина... Господи!!!

Я краем глаза уловил свое отражение в большом зеркале, об_

рамленном резной причудливой рамой. Повернулся — и чуть

не потерял сознание... На меня смотрел молодой мужик с руб_

леными, немного резковатыми чертами лица—совсем молодо_

го лица, если бы не сеточка морщин, тянувшаяся от уголков

глаз. Целая копна волнистых русых волос, саженные, чутьпо_

катые плечи, мощная шея... Это я? Я? Но как?..

— Что, нравишься сам себе? — Ко мне подошла Малена и

по_хозяйски, как свое имущество, похлопала по спине. —

Да_а...—протянула она,—всем хорош был Гор, окромя головы

своей пустой. Но этот недостаток я исправила. Кажется, испра_

вила.

— Спасибо. — Мое сердце выбивало бравурные марши, но

разум, на удивление, остался холоден. Напрочьпропали беспо_

койство и сомнения, а страх сменился ледяной уверенностью.

— Отработаешь, — обыденно бросила девушка и добави_

ла:—Обязательно отработаешь.Атеперь пошли есть. Вечереет,

пора уже.

Я прошлепал босыми ногами по тканым половикам, остро

ощущая каждый узелок, каждую ниточку, и сел на табурет возле

мощного, сбитого из тесаных плах стола. Деревянная, потем_

невшая от времени ложка зачерпнула дымящейся жидкости,

покрытой янтарным слоем жирка.

— Оу_мм...—Я чутьне задохнулся от острого, на грани сек_

суального, гастрономического наслаждения. Не помню я... не

помню такого наслаждения от еды. Такое впечатление, что не

ел неделю… нет — месяц!

— Вкусно? — гордо поинтересоваласьМалена, отмахнула

тесаком от большого кусмана вареной мясной мякоти его до_

9

брую половину и, наколов на острие, подала мне.—Держи... да

не спеши ты...

— Рассказывай... — Я руками разодрал огненно_горячее

мясо, присыпал серой крупной солью и, положив один кусок

на ломотьхлеба, яростно вцепился в него зубами.

— Требоватьбудешьу мамаши своей...—Лицо Малены по_

лыхнуло недовольством, но почти мгновенно сгладилось. —

Так уж и быть. Расскажу. Жил был Гор... Горан, сын Ракши.

Красивый, могучий парень, но полный никчема. Давно бы изг_

нали бедолагу — ведьдурак совсем, но его покойная матьпри _

ходиласьсестрой Усладе, старшей жене Збора — нынешнего

старшины рода. Поэтому и оставили. Толку от него не было ни_

какого. Силищи немерено, бревна об колено ломал, а боялся

любого громкого окрика. Помыкали им все. Даже сопливые ре_

бятишки, не говоря уже о мужиках, завидующих облику и силе,

не тому даденных. Испытание он, само собой, не прошел, даже

не допустили. К воинскому делу — соответственно. Да и какой

из него боец? Тут главное—дух, ан нет, отсутствовал он у Гора_

на. Опятьже разумом его Старшие Властительницы обидели, а

какой вой без мозгов? Правда, пареньон был исполнительным,

безотказным. Любую работу за радостьсчитал. Вот людишки и

пользовались дармовой силушкой немилосердно. Бабы, осо_

бенно вдовушки, сначала привечали Гора, понятно зачем, но и

здесь толку никакого не случилось. Ему хоть сиську в рот сунь,

лыбится и совсем не понимает, что от него требуется. А ба_

бы_то, они народец подлючий: как поняли, что пользы от него в

этом деле как от козла молока — стали изводитьпарня всяче_

ски, шпынятьнемилосердно, пакости строитьда мужиков под_

говаривать, будто беду он приносит. Вот так_то. Ах да... совсем

забыла... немым он был — мычал только...

Мала замолчала, аккуратно отрезала кусочек мяса, наколо_

ла его на двузубую вилку и отправила в рот. Медленно прожева_

ла и продолжила:

— А вот что дальше было, тебе знать незачем. Скажу лишь

только, что забрала я его. Забрала и сотворила должное. То, что

мне предначертала Дея...

Я слушал Малену краем уха, оставаясьабсолютно равно_

душным к злоключениям бедолаги Горана. Даже не волновало,

что этим Гораном был я сам. Сознание занимало другое: я на_

чал вспоминатьсебя прежнего — покадрово, как в комиксе.

Пролетели редкие кадры, и все окончилоськартинкой, кото_

10

рую я уже видел. Только теперьона дополниласьтюремными

решетками в больничной палате.

Это все? Все, что мне стоит знатьиз своей прежней жизни?

А как же?.. Я понимаю, что вспомнил не все—только знаковые

события. Но... но неужели больше ничего не было? Неужели я

так глупо и пусто прожил жизнь? Усилием воли попытался

вспомнить, даже зубы стиснул от напряжения, но ничего не по_

лучилось, и я вынужден был констатировать: да, больше ничего

не было — этими кадрами можно охарактеризоватьвсю мою

прошлую жизнь. Пустую, ненастоящую, зря прожитую в пого_

не за фальшивыми идеалами. А вообще... получается, что у

меня и не было... идеалов этих. Обманки одни.

Злости не ощущал, оставался абсолютно спокойным, толь_

ко где_то глубоко промелькнула легкая обида на себя—проме_

лькнула и пропала. То, что меня непонятно каким образом за_

несло в чужое тело—даже, возможно, в другой мир, абсолютно

не волновало. Никак, никоим образом, даже наоборот, появи_

лосьнекоторое удовлетворение: удовлетворение тем, что я жив

и могу еще раз попробовать. Попробовать достойно прожить

свою жизнь.

— ...держи...

Я очнулся и увидел в ручке Малены черную, чеканенную

странными узорами стопочку.

— Выпьем... — Девушка стукнула своим стаканчиком об

мой и, закрыв глаза, лихо опрокинула его в рот. Смешно смор_

щиласьи сразу потянуласьза кусочком хлеба.

Я молча выпил и моментально почувствовал, как по телу

разливается жаркая волна, в голове зашумело, в висках словно

звякнули серебряные колокольчики.

— Что это? — Я попытался идентифицироватьсреди кол_

лекции своих ощущений содержимое стопки, и не смог. Похо_

же на спирт, но мягче и абсолютно без вкуса. Разве что наблю_

дается оченьлегкое, почти неощутимое хлебное послевкусие.

— Великоградская тройная огневица...—небрежно бросила

Малена и, выбрав в плошке сморщенный соленый огурец, ап_

петитно им хрумкнула. — Монаси великоградские творят.

— Водка?—Я последовал примеру девушки и чутьне скри_

вился: огурчик оказался огненно_острым и одновременно кис_

лым до невозможности. Но вкусным!!!

— Какая «водка»? Что такое «водка»? — заинтересовалась

Малена и, забрав у меня миску, плеснула туда еще половник бу_

льона. — Что_то из твоей прежней памяти?

11

— Да. Так ты все знаешь? — Я с легким удивлением обнару_

жил, что мне не хочется много говорить. Все вопросы и ответы

получалисьодносложными, короткими. Тем не менее я умуд_

рялся вполне удачно выражатьсвои мысли.

— Смотря что.—Мала секунду поколебаласьи опятьнапол _

нила стопки из большущей квадратной бутыли черного стек_

ла. — Кем ты был раньше — не знаю. Знаю лишь только, что в

своем старом мире ты был лишним.

— А в этом?

— Как получится... — усмехнуласьМалена и повторила: —

Как получится...

— Зачем ты это сделала?Икак?..—Мне почему_то это было

совсем неинтересно, но вопрос все же прозвучал. Как бы по

инерции.

— Такова была воля одной из Сестер. А как? Честно говоря,

я сама не оченьпонимаю. —Мала пожала плечиками.—Да и не

хочу понимать. Сестры плетут кружева предначертаний неви_

димыми для смертных.Итебе не надо понимать. Просто радуй_

ся новой жизни и постарайся прожитьее с достоинством.

— Мне надо многое узнатьпро твой мир.

— Спрашивай.

— Кто ты, Мала?

— Яга, — обыденно ответила девушка, — ягушка, ежка, во_

рожка, ведуница... По_разному таких как я называют.Аеще нас

кличут колдовками и ведьмами.

— Баба_яга... — проговорил я вслух мелькнувшее в голове

название. Вот только что оно значит?

— Бабы коров за вымя дергают!..—неожиданно зло проши_

пела Мала. — Язык попридержи, а то...

— Не злись... — успокаивающе поднял я ладонь. — Я даже

не помню, что это слово означает.

— Так бы и сказал, — улыбнуласьдевушка и стрельнула

глазками на бутыль. — Ну что, по последней?

Я прислушался к своему новому телу и решил, что совсем не

против пропуститьеще стопку этой «великоградской трой_

ной». Голова ясная, по телу пробегают теплые волны, постре_

ливая огненными искорками в руки и ноги, хочется улыбаться.

Так почему бы и нет?

— Давай. А на каком языке мы говорим?

— Ославский. На нем все Звериные острова говорят, — по_

яснила Мала и добавила на стол еще несколько плошек с заед_

12

ками.—Мы сейчас находимся на острове Быка—он самый бо_

льшой. Еще есть Волчий, Гадючий, Медвежий острова, остров

Тура, Орла, Куницы. Ну и еще множество мелких. Народ, про_

живающий здесь, зовется ославы, иногда нас еще называют чу_

дины, но за это слово, неосторожно брошенное на Островах,

могут убить. Не любит местный народец его — оскорблением

считают.

— А ты тоже ослава? — поинтересовался я, зачерпнув лож_

кой ледяной квашеной капусты, пересыпанной клюквой. Заказать услуги IT аутсорсинга для малого и среднего бизнеса в Санкт-Петербурге. —

Глаза...

— Заметил, да? — Мала кокетливо глянула в зеркало. — Нет,

но считаюсьсловеной. Надо говорить«словена», а не «ослава».

Мужик — словен, девка — словена или словенка. Вместе они —

ославы. Понял? Да, у нас все по женской линии считают. Деда мо_

его бабуля в походе поимела — из Лесного Края он был — сами

себя они называют — народ Ветвей, или алвы. — Малена хихик_

нула, убрала прядьволос и подмигнула:—Видишьраскосые гла_

за? От деда достались, кровь алвов крепка_а_ая. Ценится...

У меня немедленно в голове родиласьнепонятное слово, и я

невольно перебил Малену:

— Эльфы?

— Какие такие «элфы»? Не знаю никаких «элфов», — с

улыбкой передразнила меня немного захмелевшая Мала, а по_

том оченьсерь езно посоветовала: — Ты бы уже заканчивал

чушь пороть. Забудь все и живи новой жизнью. Народец на

Островах горячий, могут, не поняв, оскорбиться да и прибить

походя. А на материке мигом на костер угодишьза слова непо_

нятные: значит, еретические. У них сейчас Белый Синод начал

свирепствовать, за ереси борзо взялись. Понял?

— Понял, — коротко ответил я. — Ну так что там с дедом?

Мала одобрительно кивнула и, закинув в ротик ягодку, про_

должила:

— Ценятся мужчины алвов среди женщин народа ославов.

Красивые, ласковые, семя сильное, дети здоровые получаются.

Однако взятьих силой оченьтрудно, почти невозможно — все

поголовно владеющие, хитрости непревзойденной, да еще вои_

ны отменные. Не знаю, как бабка сладила, но мама говорила,

что на Островах она была самой первой красавицей и признан_

ной воительницей. Так вот, она вернулась из похода уже пуза_

той. Благополучно родила мою маму, а потом и сгинула в оче_

редном набеге. Матушка_то за словена пошла, но кровьдеда

уже перебитьне получилось.

13

— Что значит «владеющие»? — на всякий случай уточнил я.

Вголове мелькнуло слово «магия», но озвучивать его я не стал.

— Владеющие Силой, — обыденно пояснила Мала. — Раз_

ными формами стихий, проявлениями Эфира и иных Преде_

лов. Чародеи и чародейки.

— Маги? Владеющие магией?

— Не знаю такого слова... — помотала головой девушка. —

Сказала же, владеющие Силой, или чародеи.

— А ты? — Я испытующе посмотрел на девушку.

— Я Яга, — немножко грустно и почему_то торжественно

ответила Малена. — Я другая. Меня владеющие своей не при_

знают. Люди тоже за свою не считают, даже не разрешают жить

рядом с ними, но и без меня не могут. Судьба мне быть одной...

— Как ты стала Ягой?

— Просто, оченьпросто. Пришла в селение Дрина, прежняя

хозяйка,—обвела девушка рукой комнату,—и потребовала де_

вочку. По обычаю имела право. К тому времени я уже сиротой

осталась, вот обчество и сообразило лишний рот отдать. А по_

том, когда время пришло, Дрина мне передала дар, а сама ушла.

Вот и все. И я так сделаю. Своих_то детей мы иметьне можем.

Я промолчал, рассматривая Малену. С виду веселая, безза_

ботная, но естьв ней что_то печальное.

— Знаешьчто? —Мала неожиданно встала и достала из сун_

дука большую, завернутую в кусок холстины книгу. — Держи,

почитаешьперед сном. Тут много правды, но и без небылиц не

обошлось. А я пойду, пора мне.

— Куда?

— По делам, — коротко ответила Мала и вышла в прихо_

жую. Через время заглянула обратно, уже в длинной дохе и пу_

шистой меховой шапке. — На улицу не ходи, ночьуже. Рудь

тебя еще не знает, может помятьненароком.

— Кто такой Рудь?

— Лешак, — коротко бросила Малена и захлопнула дверь.

— Лешак? — Я немного постоял, пытаясьосмыслитьвоз _

никший в голове образ корявого, поросшего ветками чудища,

затем присел на кроватьи развернул тяжелую книгу. На тол_

стой коже обложки отливала серебром какая_то вязь, очень по_

хожая на готический шрифт. К своему немалому удивлению, я

смог ее прочитать: «Бестиарий и описание рас Мира Упорядо_

ченного от преподобного Эдельберта из Великограда». Ну что

же, почитаем...__

  • Комментарии
Загрузка комментариев...