Почему-то так издавна повелось в различных мирах, что расплачиваться за неправедные поступки и грубые ошибки мужчин сполна приходится их женщинам. Матерям, невестам, сестрам. 

Чиркова В.А.
Заложница. Сделка: Роман / Рис. на переплете А.Клепакова — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2016. — 314 с.:ил. — (Романтическая фантастика).
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 3 500 экз. 
ISBN 978-5-9922-2304-0

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


ГЛАВА ПЕРВАЯ

Сердце предательски дрогнуло и зачастило, когда до-

рогие щегольские сапоги приостановились перед ней и

на ковер перед опущенным долу взглядом упала корот-

кая тень, смутно трепещущая в ярком свете сотен свечей.

Их было здесь слишком много, этих дорогих, витых,

словно рога легендарного единорога, свечей, как, впро-

чем, и всего остального. Шкур и ковров на полу, флагов,

вымпелов и гобеленов на стенах, дубовых скамей под ни-

ми и девушек, сидящих длинным рядком на одной из

этих скамей. Еще многовато было лучников на внутрен-

ней галерее, да и огромных собак, настороженно наблю-

давших за гостями, тоже явно было чересчур. Однако это

показное недоверие было вполне заслуженно и справед-

ливо.

— Встань.

Таэль покорно поднялась и замерла, стараясь скрыть

под отделанной белым соболем накидкой стиснутые в

тугие кулаки руки. Лишь глаз так и не подняла, наобо-

рот, еще ниже наклонила голову, до отказа утопив в мяг-

ком меху упрямый подбородок.

— Посмотри на меня, — внешне равнодушно проце-

дил стоящий напротив мужчина, но резко похлопываю-

щее по тонкому хрому сапога кнутовище выдало его не-

терпение.

5

Девушка еще крепче, до боли, стиснула кулаки, сжала

губы и медленно подняла голову, до последнего пряча

взгляд под густыми ресницами.

— Ну? — повелительно повторил он, и только после

этого черные крылья ресниц резко взметнулись вверх,

обдав хозяина дома ледяным всплеском презрения и не-

нависти.

— Вот так, — самодовольно усмехнулся он и едва

слышно выдохнул, словно самому себе: — Так ты меня

ненавидишь?

Вообще-то она ненавидела их всех, скопом, но гово-

рить ничего и никому не собиралась. Незачем напрасно

унижаться, довольно с него и того, что ей приходится,

подобно тем собакам, покорно выполнять все команды.

— Кто она? — не сводя с Таэль изучающего взгляда,

бросил стоящий напротив мужчина кому-то из сопрово-

ждавших его воинов.

— Таэльмина дэй Азбенд, младшая сестра графа За-

рвеса дэй Азбенда, второго советника герцога дэй Бен-

трея и племянница его казначея графа Руффита дэй Гоб-

верда, — почтительно склонившись в полупоклоне, не-

медленно доложил адъютант, державший в руках пачку

документов, написанных на листах дорогой бумаги и ук-

рашенных кучей гербов и печатями. — Приданое — сорок

тысяч полновесных золотых и двадцать сундуков с меха-

ми, украшениями и столовым серебром.

— Вот как, — процедил хозяин дома, задумчиво по-

хлопал по сапогу кнутовищем и веско объявил: — Я сде-

лал выбор. Уведите ее в приготовленные покои.

А затем развернулся и твердо зашагал прочь.

Двое немолодых воинов из личной гвардии герцога

тотчас подскочили к Таэльмине с двух сторон и замерли

в ожидании. А затем к девушке величаво подплыла эко-

номка и вежливо, но непреклонно предложила следовать

6

за ней. И первой направилась через весь зал к двери в

противоположной стене, ведущей во внутренние поме-

щения дворца, ничуть не сомневаясь, что Таэльмина

пойдет за ней. Да и чего ей было сомневаться, если всех

девушек перед выбором напоили зельем покорности, и

вся челядь герцога отлично это знала.

На мысли и чувства заложниц оно не влияло, а любые

проявления непокорности или сопротивления подавля-

ло в зародыше. И хотя Таэль успела достать и незаметно

проглотить спрятанное за ухом зернышко противоядия,

одно из трех, которые не сумели найти досматривающие

невест маркитантки с замашками палачей, показывать

сейчас степень своей свободы она вовсе не собиралась.

Она вообще намеревалась отныне жить совершенно

по-новому, в одночасье осознав, как ничтожно мало вол-

нуют родных ее чувства, желания, здоровье и даже даль-

нейшая судьба. И хотя Таэльмина и до смерти отца все-

гда была для матери и остальной семьи всего лишь хоро-

шо выученной, преданной и покорной тенью наследника

графства, но старый граф дэй Азбенд, бывший при жиз-

ни первым советником юного герцога Рингольда дэй

Бентрея, хотя бы хорошо знал ей цену. Да и как ему было

не знать, если он лично следил за тем, как учили стар-

шую из дочерей, и сам доходчиво объяснял ей все, чего

Таэль по молодости не могла понять или принять.

Таэльмина невольно вспомнила церемонию напутст-

вия знатных заложниц, проведенную перед их отправкой

в чужие земли герцогиней Лигурией, матерью Ринголь-

да. Ее милость лично обходила шеренгу выстроившихся

у стены торжественно-холодного тронного зала запла-

канных знатных девиц, потрясенных страшным поворо-

том судьбы, и с патетичной печалью вручала каждой ко-

робочку с так называемым ключом свободы — крохот-

ной, как бисеринка, конфеткой, начиненной особым

7

ядом. Малюсенькую горошинку рекомендовалось про-

глотить сразу, но можно было до прибытия во дворец

герцога Крисдано спрятать в кошель или прилепить к

любому украшению и принять лишь после позорного ри-

туала, сути это не меняло. Зелье становилось смертель-

ным только после того, как с него спадала наложенная

алхимиками Бентрея замысловатая защита.

Хитрость многослойной пилюли заключалась в том,

что у каждого ключа был свой срок. Но никак не меньше

пятнадцати дней, требующихся девушкам для того, что-

бы преодолеть четыре сотни лиг, перевал и переправу,

лежащие между Сирангом и Тангром, столицей Крис-

данского герцогства. И в тот миг, когда старая герцогиня,

ободряюще улыбаясь, вручала заложницам свои страш-

ные дары, пятнадцать дней казались большинству расте-

рянных графинь и баронесс почти вечностью, оттого-то

многие девицы и нашли место проклятым ключам в соб-

ственных желудках. А через полторы декады, подъезжая

к Тангру, бедняжки свято надеялись, что давно избави-

лись от всякой опасности естественным путем. Однако

Таэль, знавшая гораздо больше всех, вместе взятых, под-

руг по несчастью о ядах и невероятно редких и дорогих

магических ловушках, ничуть не сомневалась в обрат-

ном.

Поэтому, шагая мимо оставшихся на скамьях бывших

спутниц, девушка старалась не смотреть в их сторону, не

желая застать начало жуткого зрелища. Ведь срок перво-

го слоя защиты истекал точно в тот момент, когда из это-

го зала вышел сопровождавший знатных девиц офицер,

передав по списку опоенных зельем подопечных началь-

нику охраны герцога Хатгерна Крисдано.

И значит, кто-то из бездумно проглотивших жесто-

кий дар заложниц в любой момент мог начать корчиться

в муках. В обещанное Лигурией сладкое забвение Таэль-

8

мина не поверила ни на гран. Слишком это было бы про-

сто и незаметно, а старая герцогиня всегда имела склон-

ность к публичным, показательным поркам и казням.

Неторопливо поднимаясь по ведущей на внутреннюю

галерею лестнице, герцог Хатгерн Крисдано искоса по-

сматривал на покорно бредущую вслед за экономкой из-

бранницу и едко кривил в чуть заметной усмешке твердо

очерченные губы. Он прекрасно знал, насколько обман-

чива ее покорность и кротость опущенных глаз. Не зря

последние несколько суток, отложив все остальные дела

и развлечения и почти забыв про сон, занимался изуче-

нием всех сведений, какие сумели собрать его шпионы на

дочерей знатных домов, предложенных герцогу в залог

мира.

Вне всяких сомнений, его люди по заслугам получили

и тяжелые кошельки, загодя обещанные им за эту работу,

и не менее весомую премию за скорость, с которой ее

проделали. Ну а Хатгерн обрел еще одно подтверждение

исключительности их выучки и опыта, позволившее

шпионам отыскать совершенно невероятную информа-

цию. Именно эти сведения заставили его полностью пе-

ресмотреть свои прежние планы и сделать свой выбор за-

годя, еще до того, как восемнадцать измученных долгой

дорогой девиц робко вошли в его замок, чтобы стать ла-

эйрами, младшими женами самого герцога и его прибли-

женных. А по сути, всего лишь узаконенными наложни-

цами, ведь им не суждено когда-либо обрести статус

старших жен, имеющих право на наследников и наслед-

ство.

Хатгерн проводил взглядом маленькую процессию,

ушедшую в боковую дверь, и вздохнул с легкой досадой,

сожалея о невозможности немедленно отправиться

вслед за нею. Вначале семнадцать самых надежных его

9

друзей и приближенных, заслуживших эту награду своей

преданностью и самоотверженностью, выберут для себя

лаэйр, затем будет малый брачный ритуал, потом пир, и

лишь поздно вечером герцог сможет приступить к осу-

ществлению самой интересной части своего плана.

Однако непредсказуемая судьба, очень не любившая

никаких планов, особенно долгосрочных, решила под-

править этот чинный распорядок по своему усмотрению.

И первый сигнал от нее герцогу, устроившемуся пере-

дохнуть на диване в своем кабинете, принес запыхав-

шийся от бега адъютант.

— Ваша милость, умирает!

— Наша милость не умирает, — привычно отшутился

Хатгерн и, мрачнея, осведомился: — Кто?

— Девица... из заложниц!

— Демон, — скрипнул зубами Хатгерн и бросился

прочь, еще не догадываясь, что в эту ночь ему не удастся

не только выполнить хоть одно из ранее запланирован-

ных дел, но и познакомиться поближе с собственной не-

вестой.

Да Харн и вспомнил-то о ней лишь к утру, когда при-

дворный алхимик, с трудом в_ыходивший корчившуюся в

жутких муках рыженькую дочку одного из министров

герцога Рингольда дэй Бентрея, севшим от усталости го-

лосом посвятил господина в тонкости странного отрав-

ления.

— Понапрасну на досматривающих не грешите, ваша

милость, не могли они этого яда найти, — хмуро говорил

сидевший напротив алхимик, устало свесив с подлокот-

ников руки. — Она его еще дома проглотила, мелкую

такую пилюлю. Очень подлый яд, алхимики вместе с

колдунами готовят и три или четыре заклятия сверху на-

кручивают. Первое пилюлю в желудке накрепко при-

клеивает, можно годы с нею ходить. Второе в загодя за-

10

ложенный срок оболочку убирает, а последнее снимает

боль, пока яд по телу не разойдется. Теперь нужно ос-

тальных проверять. Сейчас амулет и зелья возьму и пой-

ду, — заявил Бринлос, — хотя противоядием я на всякий

случай напоил их всех.

— Демонская сила, — прорычал герцог, только теперь

сообразивший, почему рухнули в глубокий обморок сра-

зу пять невест, когда их подругу внезапно начала коре-

жить жестокая боль.

При одном взгляде на бедняжку как уксусом сводило

скулы даже у бывалых воинов, а все остальные девицы

либо тряслись от страха, либо отчаянно рыдали. Хатгер-

ну поневоле пришлось объявить собравшимся в тронном

зале друзьям и родичам женихов, что девушки слишком

вымотаны дорогой и им нужно отдохнуть. Лишь самым

проверенным и неболтливым он решился шепнуть прав-

ду, и с той минуты они добровольно помогали сбивав-

шимся с ног слугам и помощникам Бринлоса.

— Сначала идем к той, которую выбрал я, — резко ото-

двинув столик, поднялся с места герцог. — Надеюсь, ей

ты тоже давал противоядие?

— К-какой т-той? — побледнев, начал заикаться алхи-

мик. — М-мне н-ничего н-не сказали!

— Демон, — ринулся Хатгерн к двери с такой прытью,

какой еще пять минут назад и не подозревал в своем из-

мученном бессонной ночью теле.

Внимательно рассматривать покои, куда привела ее

экономка, Таэль не собиралась. Во всяком случае, не сей-

час. Никак пока не волновало ее ни количество комнат,

ни мебель, ни ковры. Хотя все это тут было, и даже в из-

бытке, как и во всем дворце. Герцог, не стесняясь, укра-

шал свое жилище ценными вещами, отобранными у ве-

11

роломно напавших и побежденных им врагов или полу-

ченными от них же в залог мира. Сексуальные девушки из Краснодар скрасят твое свободное время, помогут отдохнуть на полную катушку. Вы можете заказать шлюх в сауну или в гостиницу, а можете отправиться к ним в бордель, где работают проститутки на дому . Они сделают то, что ты захочешь. Проститутки на дому знают, как удовлетворить каждого мужчину.

И ничего ни странного, ни тем более предосудитель-

ного графиня в этом не видела, все на его месте поступи-

ли бы точно так же. И даже больше — вздумай Хатгерн

проявить щепетильность или бессмысленное милосер-

дие, большинство его друзей и недругов тотчас назвало

бы герцога по меньшей мере слабохарактерной тряпкой,

а он таким отнюдь не был.

— Не желаете искупаться с дороги? Для вас готова го-

рячая вода, — входя следом за лаэйрой в первую комна-

ту, похожую убранством на гостиную, предложила эко-

номка гораздо более вежливым тоном, чем пять минут

назад, но Таэль предпочла этого не заметить.

Зато постаралась запомнить, что старуха спесива, но

довольно сообразительна, хотя размышляет не слишком

быстро. Иначе намного раньше догадалась бы, кто будет

ею командовать в ближайшее время, если лаэйра герцога

сумеет понравиться своему супругу.

Заложница кивнула и спокойно прошла в открытую

перед нею дверь, покосилась на ряд стоящих у стены

внушительных шкафов, в каких неверные жены всех

прибрежных герцогств обычно успешно прячут любов-

ников, шагнула к огромному и баснословно дорогому

зеркалу в позолоченной раме. Решительно сбросила под-

битую мехом накидку и принялась раздеваться, лишь из-

редка поглядывая в драгоценное стекло, чтобы испод-

тишка наблюдать за служанками.

Осень еще только добавила золота и пурпура деревь-

ям и кустам Крисданской долины, но на перевале по тон-

ким стенкам карет хлестал холодный, смешанный с гра-

дом дождь. А пронизывающий ледяной ветер свистел так

неистово, что сжавшимся на опасно кренившихся си-

деньях заложницам казалось, будто его следующий по-

12

рыв снесет в пропасть их ненадежное убежище вместе с

лошадьми, кучером и ими самими. Ради экономии ко-

мандир отряда, капитан дэй Дотигс взял вдобавок к гру-

женным приданым повозкам всего пять дорожных карет,

и до перевала многие девушки жаловались на духоту и с

измученным видом махали веерами. Зато потом сидели,

тесно прижавшись друг к дружке на задних сиденьях, за-

кутавшись во все имеющиеся одежки и одеяла. И дальше

ехали намного дружнее, забыв про капризы и родослов-

ные. Теплые вещички, вынутые из сундуков на перевале,

девушки так больше и не снимали, по утрам в выстужен-

ных за ночь каретах было зябко и неприютно.

Похоже, усмехнулась про себя Таэль, только в те три

дня до многих из заложниц дошло окончательно, на-

сколько все они отныне равны перед прихотью судьбы.

Ну, или герцога Крисдано.

Намек на происходящие в приемном зале события за-

ложница получила, едва успела расстегнуть жакет и при-

сесть на стоящую поблизости кушетку с намерением рас-

шнуровать теплые дорожные ботиночки. Сначала рас-

слышала, как в гостиной хлопнула входная дверь, и

несколько секунд слушала, как что-то тихо и взволно-

ванно тараторит незнакомый женский голосок, затем в

гардеробную, как Таэль успела назвать для себя это по-

мещение, прибежала экономка.

— Купальня вот здесь, — торопливо сообщила поблед-

невшая и явно чем-то расстроенная старуха, распахивая

боковую дверь, — там есть все необходимое. Мне нужно

уйти, но я пришлю девчонку помочь вам вымыть волосы.

И поспешно умчалась, не заметив отразившейся в

зеркале горькой усмешки избранницы хозяина. В том,

что в ближайшее время всем будет вовсе не до ее волос,

Таэльмина даже не сомневалась.

13

Она почти час спокойно сидела в горячей воде, насла-

ждаясь ощущением уходящей из тела усталости и, каза-

лось, намертво въевшегося в кости холода, затем тща-

тельно промыла каштановые локоны, мысленно поблаго-

дарив покойного отца за настойчивый совет никогда не

отращивать их ниже лопаток.

Хотя теперь отлично понимала, что в те времена ста-

рый граф дэй Азбенд пекся вовсе не об ее удобстве. Про-

сто совершенно не нужны такие украшения девушкам,

готовящимся положить свою жизнь на алтарь служения

брату. Само мытье занимает меньше времени, и прическу

делать не в пример легче. Достаточно стянуть волосы в

узел, прицепить накладные локоны, и можно приступать

к незаметной, но нелегкой работе тени. Хотя в этот раз

судьба изрядно подшутила над старым Марнингом. Как

только Таэль вступила в пору девичества, ее каштановая

грива начала после каждого купанья свиваться в круп-

ные завитки, доставшиеся ей в наследство, как вскоре

выяснили графские лекари, от бабушки по материнской

линии. И поделать с этим ничего было нельзя, кроме как

старательно расчесать после купанья и заплести в тугую

куцую косицу.

Вот этим Таэль и занялась, когда вода начала осты-

вать, а желудок напомнил, что обедали заложницы не-

сколько часов назад, не вылезая из карет. И выданный

им экономным Дотигсом обед был, вежливо говоря, не-

много скудноват — подсохший хлеб с не менее сухим сы-

ром.

Дополнив длинную ночную рубаху с высоким ворот-

ником и многочисленными оборками еще более длин-

ным халатом, Таэль покинула туалетную комнату, и не

подумав убирать за собой разбросанные щетки и поло-

тенца, как поступала обычно. Отныне она заурядная гра-

финя, которая скоро будет герцогиней, только без гордой

14

приставки «дэй» да без возможности сидеть рядом с гер-

цогом на празднествах и званых обедах, после того как он

приведет во дворец старшую жену. И, стало быть, ни за-

ботиться о порядке в доме, ни заниматься бумагами либо

чем-то еще, входящим в обязанности старшей жены, с

этого дня не должна. Больше это не ее забота.

В гостиной обнаружилось большое блюдо с разнооб-

разными фруктами и графин с лимонадом, в высоком за-

стекленном буфете заложница отыскала бутыли с лике-

рами и наливками, а также несколько ваз с разнообраз-

ными печеньями, орешками и сладостями. Не совсем то,

о чем мечтал ее изголодавшийся желудок, но вот его Та-

эль никогда не слушала и не баловала до сих пор, не со-

биралась изменять своим привычкам и далее. Не стоит

расслабляться, как наглядно показали последние собы-

тия, судьбе глубоко безразличны людские надежды, и

она может в любой момент сделать крутой поворот.

Перекусив печеньем и выпив лимонаду, графиня дэй

Азбенд прихватила вазу со сладостями и от нечего де-

лать прошлась по своему новому жилью, изучая не

столько мебель и гобелены, сколько толщину стен, рас-

положение окон и укромных уголков и прочие вещи, ко-

торые полезно знать девушке в ее положении. И просто

на всякий случай, и ради того тайного плана, о котором

она пока старалась не думать. Да и зачем зря ломать го-

лову, все равно никогда не предугадаешь момент, когда

судьба решит сделать подарок или бросить подсказку.

Зато не собиралась ни на минуту забывать о собствен-

ных намерениях и действовать предполагала исходя

именно из них.

Последние отсветы отгоревшего осеннего дня по-

меркли за горными вершинами, когда Таэль окончатель-

но убедилась, что старая экономка забыла про нее на-

прочь. Нетрудно было догадаться, какие заботы и хлопо-

15

ты заставили старуху позабыть про свою будущую

госпожу, и тем более не стоило ее в этом упрекать, реши-

ла графиня, устраиваясь в дальнем уголке огромной кро-

вати, стоявшей в задрапированной тяжелыми занавеся-

ми нише. Никогда нельзя упускать случая хорошенько

отдохнуть, если судьба дарит такую возможность, — это

первое правило каждой тени.__

  • Комментарии
Загрузка комментариев...