Что это? Параллельная реальность? Бред больного воображения? Место, где непостижимым образом вдруг оказался Игорь Черниговский, внезапно приобретший кличку Теоретик по самому пустячному поводу. Обычный парень, который не служил, не доучился. И в багаже у него лишь недолгие занятия в стрелковой секции, когда еще учился в теперь уже далекой и в прямом и в переносном смысле школе.
А этот первобытный мир суров, в нем царит право сильного, и опасности здесь поджидают на каждом шагу. И с шансом вернуться обратно на Землю все непонятно: то ли он есть, то ли всё выдумки, ведь люди охотнее всего верят именно в то, во что им больше всего хочется верить.
Но, как бы там ни было, для начала Игорю предстоит выжить. Не стать жертвой многочисленных бандитов и хищников, которых здесь не счесть. А там… а там уже будет видно.


Теоретик: Фантастический роман / Рис. на переплете И.Воронина — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2019. — 279 с.:ил. — (Фантастический боевик).
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 3 000 экз.
ISBN 978-5-9922-2827-4


Глава первая
— Давай-давай! — потребовал я. — Все, что положено
вновь прибывшему. И по списку.
Сам я этот самый список в глаза не видел. Но мой
единственный знакомый в этом мире Леха Суслов по
кличке Воробей уверял, что таковой существует.
И именно по нему положено выдать вновь прибывшему
сюда кое-какие необходимые вещи. И оружие.
— Что положено, на то наложено,—хмуро пробормо-
тал Титов и на некоторое время исчез за дверью, ведущей
в соседнюю комнату. Чем-то там погремел, пошуршал,
вероятно, обо что-то ударился, поскольку от души выру-
гался. Но когда вновь предстал передо мной, в руках он
держал охапку одежды, на которой сверху лежали нове-
хонькие берцы. Они, кстати, были единственной нено-
шеной вещью. — Положено ему! Держи вот!
И все это богатство оказалось на столе перед самым
моим носом.
— Как размер угадал? — поинтересовался я, обнару-
жив на подошве обуви цифру «сорок четыре».
— Ничего я не угадывал, просто других размеров нет.
Вернее, есть, но все меньше сорокового, а они тебе точно
не налезут.
Вообще-то меня вполне бы устроил и сорок третий,
но много — не мало. Поменяем родную стельку на дру-
гую, из кожи потолще, и под портяночку — самое оно.
Отцу в молодости пришлось побегать по горам Афгани-
9
стана, так вот он рассказывал, что, когда не было ни ма-
лейшей возможности снять обувь в течение нескольких
суток подряд, только портянка и спасала. А те, кто пред-
почитал носки, надолго оказывались в медсанчасти.
А еще лучше стелька из войлока. Войлок — материал
уникальный. Он и гигроскопичный, и тепло держит, и,
когда жарко, не дает ноге сопреть, и стоять на нем стопе
комфортно. Пусть Леха Воробей и уверял, что холодов в
этих краях нет, лишним не будет. Мало ли каким боком
жизнь повернется?
— У тебя старого валенка не завалялось? Или просто
войлока кусок?
— А он-то тебе к чему?
— Берцы модифицировать буду.
— Не завалялось,—разочаровал меня Титов. И поин-
тересовался в свою очередь: — У тебя телефон какой?
— Надежный. Зарядку неделю держит. А если привя-
зать к нему веревку — от стаи волков отбиться можно.
Только к чему спрашиваешь? Все равно здесь связи нет.
— Чего нет — того нет, все верно. Хотя и обещают в
недалеком будущем. Но и сейчас местные умельцы из те-
лефонов такие вещи творят! Электроника здесь дорого
стоит. Ну а я тебя бы еще чем-нибудь отблагодарил. По-
мимо этого. — Он указал подбородком на принесенное
им барахло.
Чтобы тут же покривиться: продемонстрированный
мною телефон действительно никаких других эмоций
вызвать не мог. Старая модель, давным-давно снятая с
производства, и единственное ее достоинство — непло-
хой плейер.
— Может, еще что-нибудь ценное имеется?
— Нож. Складной. Но я тебе его не отдам — подарок
хорошего человека.
— Нож мне без надобности, каким бы он ни был.
У нас здесь толку от ножа мало, им только в зубах ковы-
ряться. Мерить будешь?
10
— Позже.
Камуфляжные брюки и куртка жать точно не будут.
Не новые и не совсем чистые. Их вначале постирать
нужно. Впрочем, как и армейский разгрузочный жилет,
который выглядел так, будто перед тем, как попасть на
стол, некоторое время соседствовал с моим телефоном
на помойке. Потертый, местами штопанный, а местами
ткань жирно лоснилась. Но хоть что-то.
— Что, ничего другого не нашлось?
— Договор подпишешь, найдется и другое, — пожал
плечами Титов. — Но не у меня — уже на месте. Не наду-
мал?
— Нет. Теперь оружие.
— Вот с оружием куда проще: тут все на выбор! Какую
конкретную модель какой именно страны предпочита-
ешь? Отечественные разработки, Штаты, Германия,
Бельгия? Италия, Швейцария или что-нибудь родом из
Туманного Альбиона? Калибр, обвесы? А может, лазер-
ное ружье или плазменный резак? У меня даже парочка
рейлганов завалялось, бери хоть оба.
Титов явно издевался.
— Давай что есть.
— А есть у меня двустволка, обрез трехлинейки, ржа-
вый ПМ, погнутый ТТ и ровесник царя Гороха наган,
с царским орлом на раме. И еще один наган, тот лет на
тридцать младше, но с укороченным стволом. Да, про
мушкет забыл. Правда, без фитиля. Но ты к нему зажи-
галку изолентой примотаешь, и все будет ладушки. — Он
посерьезнел. — В этом смысле и рад бы тебе помочь —
без оружия тут не выжить, но выбор действительно неве-
лик. Пойдем, сам посмотришь.
И мы с ним прошли еще в одну комнату, которую
смело можно было бы назвать оружейной, если бы не
действительно скромный выбор.
— Да уж! — только и сказал я. — И это все?!
— И это все, — кивнул Титов.
11
Пусть ПМ не был ржавым, а ТТ погнутым, но в ос-
тальном он не солгал. Единственной стоящей вещью яв-
лялся висевший на стене АК сотой серии. Экспортный
вариант, поскольку под натовскую винтовочную семер-
ку. Я такой лишь в сети и видел. Сам автомат выглядел
абсолютно новым, к тому же оборудован коллиматором
отечественного производства «Компакт». Вообще-то
этот коллиматор предназначен для охотничьего оружия,
но с таким мощным патроном, как у этого варианта АК,
другой может и не выдержать. Или Титов поставил то,
что у него имелось в наличии.
— Личное, — сказал Титов, заметив, как я встрепе-
нулся. — Даже пристрелять не успел. — И поторопил: —
Выбирай, обед уже на носу. И без того столько времени
на тебя извел без толку.
В ответ я лишь грустно вздохнул: из чего тут выби-
рать?! Взял в руки ПМ, чтобы сразу же положить его об-
ратно на полку — даже беглого взгляда хватило понять,
что пистолет изрядно изношен. Впрочем, как и ТТ. С тем
дело обстояло еще хуже: защелка магазина оказалась на-
столько слаба, что лишишься его и не заметишь. Разуме-
ется, произойдет это в самый неподходящий момент. Ос-
тавались еще обрез трехлинейной винтовки Мосина да
охотничье ружье — вертикалка ТОЗ-34 двенадцатого ка-
либра. И парочка наганов, один из которых действитель-
но оказался с укороченным стволом. Как сказали бы сей-
час, оперативный вариант, поскольку создавался он для
скрытого ношения. У него даже мушка скруглена, чтобы
не цеплялась, когда извлекаешь его из кармана. В отли-
чие от своего родственника наган выглядел таким же но-
вым, как и автомат Титова. Ни тебе щербинки на вороне-
нии, ни царапинки.
Он был в прекрасном состоянии. Никакого люфта ба-
рабана, что говорило — обтюрация у револьвера должна
быть на уровне. Курок со спусковым крючком тоже не
шатались. Но толку от него? Всего семь патронов, и пе-
12
резарядка потребует уйму времени. Все, что я успел уз-
нать об этом мире, могло повергнуть в жесточайшую де-
прессию. Или не повергнуть, если в руках у тебя подхо-
дящий инструмент. Точный, многозарядный и удобный
в обращении. Например, такой как у Титова.
Глядя на мою расстроенную физиономию, тот лишь
развел руками: мол, чем богаты! И поинтересовался:
— Правду говоришь, что только по уточкам стрелял?
Видно, что обращаться с оружием умеешь.
— Точно. И еще по тарелочкам.
— А навыки откуда?
— Папа военным был. В стрелковой секции занимал-
ся. И вообще оружие люблю.
— Тогда понятно. И все равно больше ничем помочь
не могу. Вот, ружье возьми. — Титов приложил дву-
стволку к плечу, направив ее куда-то в окно. — Сам го-
воришь, что по тарелочкам. А по ним примерно из таких
и палят.
Все это так, только тарелочки напасть на тебя не смо-
гут. И попыток перегрызть горло или откусить ногу не
сделают. А здесь, говорят, еще и бандитов полно, кото-
рые из-за любой приглянувшейся мелочи могут пристре-
лить... Я в очередной раз с тоской посмотрел на висев-
ший на стене автомат.
— Нет. — Титов был категоричен. — Без вариантов.
И вообще, бери уже что-нибудь и отваливай.
— Наган. И ружье.
— Сейчас! Что-нибудь одно. Припрется сюда такой
же, как ты, упрямый, и что я ему выдам?
— Тогда наган. И патронов побольше.
С ружьем, безусловно, привычней, но что я с ним в
поселке делать-то буду? И еще постоянно следи за тем,
чтобы кто-нибудь ноги ему не приделал. С револьвером
все-таки проще: сунул его в карман, и все.
— Вот чего много, так это револьверных патронов.
Можешь хоть полсотни штук взять.
13
Полсотни — разве это много? Но хоть что-то.
Когда я, снарядив каморы револьвера, принялся заш-
нуровывать берцы прямо на голую ногу, Титов топтался
рядом со мной. Он даже приплясывал от нетерпения.
И все же спросил:
— Что, остальное не наденешь?
Все верно: армейские берцы в сочетании с цветасты-
ми шортами и растянутой желтой футболкой с уточками
из мультфильма смотрелись крайне нелепо.
— Не сейчас.
Все полученное мной вначале не мешало бы пости-
рать. Основательно так, с замачиванием, а затем еще
щеткой пройтись. «Ну ничего, — утешал себя я. — Типа
как индийский солдат. Или какой-нибудь зулусский —
у них примерно так и ходят. Остается лишь пробковый
шлем надеть. Только где же его взять?»
Полученное мной кепи, тоже камуфляжной расцвет-
ки, в стирке нуждалось не меньше.
— Что так долго? Ждать тебя устал. — Леха Воробей,
который и привел меня сюда, смотрел осуждающе.
— Так мы же вроде не договаривались, что подож-
дешь.
— Ну да, бросишь тебя! Ты тут и пары минут один не
протянешь. — Он посмотрел на мой внешний вид и
лишь хмыкнул. После чего поинтересовался: — С кем
контракт подписал? По-любому на шахты отправишься.
— Ни с кем.
— Да ну! Врешь ведь?!
— Нет.
— Круто!
Мы шли главной улицей Фартового, который весьма
напоминал поселок старателей где-нибудь в Южной
Америке. Или в Африке. Или бразильские фавелы. Не
слишком-то они и различаются. Сколоченные из чего
попало лачуги, единственной целью которых было огра-
14
дить помещение для сна и спасти от осадков, которые
здесь всегда были в виде дождя, поскольку климат мяг-
кий и зима — понятие условное. Правда, попадались и
вполне добротные дома, сложенные из бревен, некото-
рые даже двухэтажные.
Из попадавшихся нам людей одни смотрелись откро-
венными маргиналами с видавшим виды оружием — не-
которым образцам самое место в исторических музе-
ях, — другие, напротив, поражали своей качественной
экипировкой. Но и те и другие особого внимания на мой
нелепый вид не обращали. Так, скользнут равнодушным
взглядом и идут себе дальше.
— И в чем тут заключается моя крутость? — спросил я
Воробья.
— Сколько помню, только один человек ничего под-
писывать не стал. Один!
— И что с ним стало?
— Что с ним стало, говоришь? Ты лучше спроси, кем
он сам стал.
— Ну и кем?
— Жмуриком, кем же еще? Хотя кто виноват? Осво-
ился он немного, более или менее приличную снарягу
раздобыл и куда-то направился. В полдне ходьбы отсюда
его и нашли. Куда поперся, зачем — теперь уже и узнать
не у кого. Стреляй! — вдруг истерично выкрикнул Леха,
срывая с плеча потертый АКМС и разражаясь длинной
очередью.
Парочка каких-то местных летучих созданий внезап-
но возникла из кроны высокого дерева, чем-то напоми-
навшего пальму, и теперь стремительно пикировала пря-
мо на нас. Волшебным образом оказавшийся в моей руке
револьвер дернулся дважды, а затем и еще раз. Палец не
смог удержаться на спусковом крючке, когда мне уда-
лось толком разглядеть бьющуюся у самых ног в пред-
смертной агонии пернатую тварь, настолько та выгляде-
ла устрашающе.
15
— Лихо ты их. — Леха смахнул рукавом со лба высту-
пивший, вероятно от испуга, пот. — Два выстрела — и
две простреленных башки! Силен! Как попасть-то су-
мел?
— По лучу.
— По какому еще лучу?—Он посмотрел на наган, ко-
торый я все еще сжимал в руке.
Наверное, ожидал увидеть на нем лазерный целеука-
затель. Откуда бы ему там взяться?
— Воображаемому.
— А-а-а, — протянул он, как будто смог понять, о чем
именно идет речь. — Хотя третий раз мог бы и не стре-
лять, она уже дохлой дрыгалась.
— Не сдержался. Такое впечатление, что она в сле-
дующий миг в ногу мне вцепится.
— И вцепилась бы, будь еще живой. Видишь, какая у
нее пасть! Крокодил позавидует. Или та же акула.
Воробей был прав. Если сами они особого удивления
не вызывали — птица и птица: перья, крылья, хвост, —
то головы им как будто бы достались от другого сущест-
ва. Лысые, с огромными глазами. Но больше всего меня
поразил клюв. Длинный, с множеством зубов, которые
выглядели острыми как бритва.
— Не замай! — грозно прикрикнул Леха на одного из
тех кто с оружием в руках прибежал на звуки выстре-
лов. — Не твое.
—Да я и не думал,—ответил тот, но Лехе было уже не
до него.
Он по очереди, не боясь испачкаться в крови, стара-
тельно ощупывал птицам брюхо. Так ощупывают кур-
несушек, пытаясь обнаружить внутри яйцо.
— Есть!—непонятно чему обрадовался Леха.—И, су-
дя по всему, немаленькая.
— Что есть? Кто немаленькая? — полюбопытствовал
я, глядя не столько на него, сколько на дерево: вдруг там
еще эти уродцы притаились?
16
— Железа. — Стоя на коленях, Леха резким движени-
ем ножа вскрыл одной из них живот.
Покопался немного внутри и извлек на свет нечто на-
поминающее желчный пузырь. Такого же янтарного цве-
та, но куда большего размера.
— Повезло! — с чувством сказал он. Подкинул нечто
на ладони и добавил: — Видал я, конечно, и покрупнее,
но все равно повезло. Они у одного птера из полсотни
попадаются, а то и реже.
— У кого?
— У птера. Сам же видишь, эти твари чем-то птеро-
дактилей напоминают, отсюда и название. Вообще-то
они стараются от людей как можно дальше держаться, но
иногда на них находит. Хорошо хоть не на всех сразу.
Так, Игорь, мы же типа напарники? — внезапно спро-
сил он.
— Напарники, — не стал разочаровывать я Леху, не
понимая, к чему он клонит.
— Значит, бабки пополам?
— Пополам. — Согласие далось мне легко. В конце
концов, не будь Лехи, опомнился бы я в тот момент, ко-
гда этот птер в меня бы уже вгрызся.
— Ну и отлично! — обрадовался Леха. — Покупатель у
меня есть, — заверил он, — и за эту железу нормальную
цену даст. Сам ты и трети не выручишь.
— А что в ней такого ценного?
— Она — основной ингредиент мази, которую шахте-
ры с руками отрывают. Сыро у них там, — Леха указал
пальцем в землю, — и потому радикулит — обычное де-
ло. А эта мазь исключительно помогает. Теперь понятно?
— Понятно. — Я мысленно похвалил себя, что все же
смог отказаться от предложения Титова, как тот ни на-
стаивал.
Болеть радикулитом в мои планы не входило. Равно и
покидать в одиночку, как выяснилось, не совсем безо-
пасный периметр поселения. Причем с любым снаряже-
17
нием, даже самым лучшим. По крайней мере, в ближай-
шее время.
— Сейчас завернем к этому человечку, скинем желе-
зу, ну а затем уже и пообедаем. С такой удачи мы и по-
зволить себе сможем. — Леха звонко щелкнул пальцем
по горлу. — Как ты, не против на грудь принять?
— Не против.
Есть хотелось до спазмов в животе. Откуда-то доно-
сился запах жареного мяса, заставляющий меня раз за
разом сглатывать слюну. Ну и немного выпить не поме-
шает. Лучшего средства от стресса еще не придумали.
А он у меня уже второй день подряд. С той самой секун-
ды, как очутился здесь.
Обратив внимание на мой едва ли не тоскливый
взгляд, брошенный в сторону ближайшей забегаловки,
где под открытым небом сидели за длинными столами и
что-то ели люди, Леха сказал:
— Потерпи немного, как только железу пристроим,
так сразу и поедим. — И буквально через несколько де-
сятков шагов, которые мы прошли молча, добавил: — Ну
вот и все, прибыли. Подожди пару минут, я быстро.
И действительно, Леха не заставил себя долго ждать.
— Нормальную цену дали, — первым делом сообщил
он. — Правда, за денежками просили чуть позже зайти.
Но ты даже не сомневайся, все будет по-честному! Про-
сто Семеныч не любит, когда к нему незнакомцев водят.
Не слишком-то он меня и убедил. Натура у меня та-
кая: не верить никогда и никому. Но я промолчал.
— А пообедаем у одной моей знакомой, Марии. Гото-
вит она вкусно и берет недорого. Женщина — мм!.. —
простонал он, заодно поцеловав сложенные щепотью
кончики пальцев.—Сказка, а не женщина! От женихов у
нее отбоя нет, но блюдет себя, блюдет. Правда, непонят-
но, зачем и для кого.
18
— Кстати, что-то женщин у вас тут совсем немно-
го, — поделился я своими наблюдениями. — Только не-
скольких и повстречали. Да и то все какие-то серень-
кие.
— Ты вечером по улице пройдись! Такие красавицы
попадаются! А если в это время в кафешантан загля-
нуть!.. Днем действительно редко кого встретишь.
— А что такое кафешантан?
— Самое респектабельное заведение в Фартовом.
Слово «респектабельное» Леха произнес с запинкой,
но все же выговорил с первого раза.
— Леха, а постирать где тут можно? — тряхнул я боль-
шим белым пакетом с многочисленными логотипами се-
тевого супермаркета.
— Вот Марию и попросим. Не за бесплатно конечно
же. Думаю, она согласится: ей лишние деньги не поме-
шают.
— Гляди, Машенька, я тебе нового клиента привел! —
заявил Леха, едва мы вошли в лачугу, выглядевшую та-
кой же временной постройкой, как и множество других.
После чего попытался поцеловать ее в щеку.
— Как будто бы я и раньше на их недостаток не жало-
валась, — отмахнулась от него она, но взглянула на меня
вполне доброжелательно.
Мария действительно выглядела замечательно. Эта-
кая кустодиевская женщина — лет тридцати пяти,
с пышной, но ладной фигурой и с приятным, даже кра-
сивым лицом, которое совсем не портил длинный тон-
кий шрам на правой щеке, уходивший куда-то за ухо в
пшеничного цвета волосы, собранные на макушке в пу-
чок.
— Что нас ждет на обед?—уже из-за стола, накрытого
яркой цветастой клеенкой, куда по-хозяйски успел усе-
сться, поинтересовался Леха.
19
— Борщ,—ответила Мария.—И еще жаркое из каба-
нятины. Мясо свеженькое, утром на рынке взяла. Буде-
те? — обратилась она ко мне.
— Конечно, буду! — с энтузиазмом ответил я, взгля-
дом ища, где бы помыть руки.
Мария его истолковала правильно.
— Вон в ту дверь пройдите, во внутренний дворик.
Рукомойник там.
Он действительно там имелся. Самый обычный, из
дюралюминия. «Крылатого металла», как его еще назы-
вают, поскольку с появлением дюралюминия началась
новая эпоха в самолетостроении.
Дворик оказался крохотным и практически полно-
стью был закрыт от палящих лучей местного светила тен-
том, представляющим собой огромный баннер, рекла-
мирующий фирму — продавца фаянсовой сантехники.
«Странное дело, — моя руки, размышлял я. — Созда-
ется такое впечатление, что, когда здесь объявились лю-
ди, этот мир уже представлял собой огромную помойку.
Ну не с собой же они все это сюда принесли? Хотя что
удивительного: люди здесь подобрались отнюдь не цвет
общества, насколько мне удалось понять. Впрочем, и я
от них ничем не отличаюсь».
Борщ оказался восхитительным. И дело даже не в
том, что за последние двое суток мне удалось лишь пере-
кусить банкой говяжьей тушенки, выменянной на мест-
ном блошином рынке на часы. Вещь, как мне тогда каза-
лось, в этом мире абсолютно бесполезную, поскольку
период обращения планеты вокруг светила занимал куда
больше времени, чем у Земли. Примерно на треть.
Леха не солгал: готовить Мария умела. Борщ был на-
варистым, мяса хватало, и даже то, что капусту в нем за-
менило какое-то местное растение, а свекла отсутствова-
ла вовсе, на его вкус нисколько не повлияло. Картошка
была пусть и с легким непонятным привкусом, но нис-
колько не противным, и даже в чем-то пикантным.
20
Глядя на Марию, без труда можно было понять: ей не
терпится о чем-то спросить, но она ждет, пока я поем.
Какой он будет, вопрос, тоже не представляло труда до-
гадаться: как там, на Земле? Это интересовало всех без
исключения, как только они признавали во мне новичка.
Что изменилось? Какие новости? Что вообще говорят и
пишут?
А что там может быть нового, на Земле? Там все как и
всегда. Часть людей упрямо продолжают верить в чудо.
Только чудеса у всех разные. Кому-то верится, что од-
нажды придет такой правитель, который решит все его
проблемы. Решит в одночасье, всего-то издав десяток-
другой нужных законов. Кто-то надеется обмануть судь-
бу и все пытается вытащить счастливый лотерейный би-
летик, что бы тот собой ни представлял. Кое-кто мечтает
прогнуть мир под себя.
Есть и другие, которые отчетливо понимают, что, как
поется в одной известной песенке, мир действительно
прогнется под каждым. Но прогнется только однажды и
всего-то на двухметровую глубину. И потому они прини-
мают мир таким, каков он есть, и лишь старательно пы-
таются в него вписаться. Такие люди и становятся самы-
ми успешными. Правда, все имеет свою цену, и в связи с
этим им приходится поступаться своими убеждениями,
идеалами, а зачастую и совестью.
Еще есть люди, которые и в чудеса не верят, и наги-
бать мир даже не пытаются, и поступаться убеждениями
категорически не желают. Смею надеяться, именно к по-
следним я и отношусь. Вот так и живем. И еще долго так
будем жить. А может, и всегда.
— Спасибо, Мария! — поднимаясь из-за стола, с чув-
ством произнес я. — Действительно очень вкусно!
Третья тарелка борща явно была лишней, и из-за нее
мне пришлось отказаться от жаркого, но он того стоил.
Теперь в голове крутилась единственная мысль: где бы
прилечь?
21
— Может, поспите в теньке? — видя мое состояние,
предложила хозяйка. — Там, во дворике, топчан есть. На
него и ложитесь.
— Прилягу, — только и смог кивнуть я, тщетно пыта-
ясь одолеть зевоту.
— Ну и горазд же ты спать!—орал мне в самое ухо Ле-
ха. — Вечер уже!
Я поморщился. Ну что за манера все время разговари-
вать криком?
— Вставай, тебя серьезные люди желают увидеть. Да-
вай быстрее, пока не передумали.
— Так уж и серьезные?
— Сам Грек!
— А это еще кто? — поинтересовался я, одновремен-
но засовывая ноги в берцы. — Местный руль?
— Нет, рулит здесь другой, Шаховской Сергей Вениа-
минович, все его Шахом называют. Но Грек тоже далеко
не пустое место. Так что тебе стоит поторопиться. И вот
еще что, Игорь, может, все-таки штаны и куртку наде-
нешь?
После моей удачной стрельбы по птерам Леха начал
относиться ко мне с куда большим уважением. Вернее,
не так. Если раньше в его поведении то и дело проскаль-
зывала снисходительность, то теперь все было иначе.
— И так сойдет.
— Ну как знаешь. Хотя Мария и выстирать твои вещи
успела, и даже высушить. Она та еще хозяюшка, несмот-
ря на то что красавица. Редкое сочетание у женщин — у
одной на миллион!
Леха старательно делал вид, что не замечает саму Ма-
рию, которая стояла в нескольких шагах от него, выгля-
дывая из дверей лачуги.
— Можете надевать, — подтвердила Мария, взглянув
на Леху с легкой усмешкой. — А если не слишком торо-
питесь, давайте я вас еще и ужином накормлю.
22
Марии явно хотелось поболтать со свежим челове-
ком, но Леха был неумолим.
— Торопимся, — сказал он, несомненно раздосадо-
ванный тем, что его изысканный комплимент не достиг
цели. — Грек ждать не любит.
— Так что там с железой? Деньги за нее отдали?
Следовало бы оплатить хлопоты хозяйки. А заодно и
обед. Или наоборот.
— Отдали! Попробовали бы не отдать! — Леха напус-
тил на себя грозный вид, явно рисуясь перед женщиной.
В этот момент он действительно походил на взъеро-
шенного воробья, но не на человека, тянуть с отдачей
долгов которому чревато серьезными последствиями.
Я мысленно усмехнулся, а Мария своей улыбки скры-
вать не стала.
Меняя шорты на штаны, мне пришлось указать ему
глазами на отвернувшуюся хозяйку: отдавай мою долю,
пора расплачиваться. В ответ он сделал успокаивающий
жест: не волнуйся, мол, все в ажуре.
— Ну вот, совсем другое дело! — заявил Леха, оцени-
вающе разглядывая меня со всех сторон. — Точно в ар-
мии не служил?
— Точно.
— А сидит как надо!
— Фигура стандартная.
— Разгрузку в двух местах подштопать бы не помеша-
ло, — сказала Мария. — Немного не успела.
— Я потом сам заштопаю. И спасибо вам за все!
— Приходите еще, — донеслось уже мне в спину. —
Нормальному человеку здесь всегда рады.
На этот раз ухмыльнулся сам Леха: где их тут най-
дешь, нормальных людей, в этом мире?
— Вот, держи, твоя доля. — Он сыпанул мне в ладонь
горстку металлических шестиугольников величиной с
ноготь большого пальца. — Получилось по шестнадцать
23
пикселей. Но тут одиннадцать. Считай сам: по три пик-
селя с каждого за обед и два за стирку с тебя лично.
— Чего?!
— И вовсе даже не дорого! — возмутился Леха. По-
моему, он даже немного обиделся. — Ты что думаешь,
здесь дешевле похарчиться найдешь? Сейчас! Да еще
чтобы так вкусно. Вкусно ведь?
— Вкусно. Только я не об этом.
— А о чем тогда?
— Как ты их назвал?
— Пиксели. Деньги здешние. Их все так называют.
Я скептически взглянул на свою ладонь. Если бы пик-
сели действительно были такого размера!.. Хотя, воз-
можно, местный жаргон. Как называют на Земле деньги
бабками, например. Интересно только почему. Из-за их
формы? Этакие шестиугольники. Но, по-моему, пиксе-
ли и круглыми тоже бывают. Хотя бог бы с этим, сейчас
куда важнее другое.
— Леха, Грек — это кто?
— Я же тебе сказал — один серьезный человек. Гово-
рят, он из спецуры, затем в ЧВК какую-то немаленькую
должность занимал. А здесь у него своя команда.
— И чем она занимается, его команда?
Мы как раз проходили мимо кафешантана. По
утверждению Лехи, самого фешенебельного местного за-
ведения. Да уж! Если это фешенебельное, так что же го-
ворить о других? Одноэтажное бревенчатое строение не
без претензии на что-то восточное. Пагоду, например.
Разве что окна большие и полностью застеклены.
— Да всем тем она и занимается, за что пиксели пла-
тят. Сегодня одним, завтра другим.
— И чем занималась последним?
— Каких-то людей то ли спасали, то ли, наоборот,
к нулю приводили.
Совсем одинаково!
— Наемники, что ли?
24
— Не наемники, а авантюрьеры! От слова «авантюра».
Так они все себя называют. Разницу чувствуешь?
Не совсем. Вернее, совсем ее не чувствую. Еще в
Средние века наемники предпочитали именовать себя
именно так. Только что это меняет?
— А для чего я ему понадобился? Кстати, как вообще
разговор обо мне зашел?
— Случайно повстречал его, когда с деньгами к Ма-
рии возвращался. Я ему и говорю: «Привет, Грек. Тебе
люди не нужны?» А он мне такой отвечает: «Если не
что попало, не помешали бы. А что, есть у тебя на при-
мете?» — «Есть один, говорю. Новичок здесь, но па-
рень хваткий! Представляешь, из нагана двумя выстре-
лами двух птеров на лету! Я даже глазом моргнуть не
успел!»
Лгун ты, Леха Воробей! Как это не успел моргнуть,
когда практически полностью магазин в них высадил?
Другое дело, что ни разу попасть не смог.
— Грек у меня и спрашивает: «Новенький, гово-
ришь?» — «Ну да». — «А у Титова он был?» — «Был». —
«И с кем этот новенький заключил контракт?» — «В том-
то и дело, что ни с кем. Представляешь, ничего подписы-
вать не стал! Так что возьми его к себе, не пожалеешь».
Тогда-то он и сказал: «Приведи, посмотрю». Так что ты
мне еще и магарыч должен. Конечно, в том случае, если
он тебя возьмет.
А переполох-то поднял!.. Но, по крайней мере, встре-
титься стоит. А там уже будет видно.
— Сам-то что к нему не пойдешь?
— Да все как-то не получается, — замялся Леха.
И я вспомнил его судорожную стрельбу, когда на нас
напали птеры. После такого и сам бы Леху не взял, себе
дороже.
— Звать-то его как?
— Да черт его знает. Все Греком зовут.__