Sidebar

Попросили тут меня для одного издания сделать подборку на тему «Пять романов о Древней Руси, которые должен прочесть каждый». И этот довольно простой вопрос поставил меня в тупик. Я могу перечислить несколько книг, которые, скорее всего, читал всякий, кто интересуется Древней Русью, но не могу с чистой совестью утверждать, что каждый «должен» это сделать. Потому что именно у тех, кто считается классиком жанра, недостатки жанра цветут наиболее пышным цветом. Мне куда легче объяснить, почему у нас до сих пор нет нормального исторического романа о раннесредневековой Руси (в других эпохах дело получше), чем выбрать из этой кучи что-то такое, что действительно надо читать.

 

Не скажу, что прочитала все, но с наиболее заметными авторами ознакомилась. Я здесь говорю о книгах об эпохе сложения древнерусского государства, то есть не позднее 12 века. Так почему, при многих десятках, если не сотнях написанных книг, нормального «древнерусского» романа у нас до сих пор нет? Как обычно, главная проблема – в головах. Двести лет назад, во времена «Руслана и Людмилы», было простительно не отличать древнерусскую историю от сказки и былины. Но сейчас это не простительно ни в коей мере. А только за 2017 год вышло как минимум два романа (я видела их), где дядя князя Владимира назван Добрыней Никитичем. Добрыня Никитич – персонаж былин. Летописный персонаж, предположительно историческое лицо – Добрыня Малкович. И прославились они совершенно разными деяниями. Тем не менее, в головах y публики, и писателей, до начала 21 века дожил образ Древней Руси – единого и неразличимого пространства древности и сказки.

А из этого делается самый пагубный для литературы вывод. Сказка дает свободу фантазии – выдумывай чего хочешь, на то она и сказка. Ее мир не надо изучать: вот добрый молодец (в сапогах), вот красна девица (в сарафане), вот терем (резной), вот темный лес. Вещный мир стереотипен, мотивации действий примитивны: они вырастают из сюжета, а не наоборот. Но если в сказке это смотрится убедительно, то этот же принцип, перенесенный в роман, делает поведение не думающих героев бредовым.

Очевидная для одних мысль – что Древняя Русь является такой же реальной исторической эпохой, как, скажем, эпоха наполеоновских войн, – для других вообще не существует. Сам Борис Васильев весь этот мир придумывает вместо того, чтобы изучать. Причем весьма небрежно, не утруждаясь никакими, даже вымышленными описаниями. И в этом за ним следует масса других авторов.

Но когда поймешь, что Древняя Русь – это абсолютно реальная эпоха, со своей исторической физиономией, требующая научного изучения, становится не легче, а гораздо труднее. О Древней Руси существует необозримое множество исследований – от больших обобщающих трудов до статей по какому-нибудь мелкому сугубо технологическому вопросу. Причем многие основополагающие для писателя стороны жизни – общественное устройство, мораль, бытовой уклад – остаются пока белыми пятнами, и изучать их можно только по косвенным материалам, строя различные предположения, основанные на допущениях. Чтобы создать в своей голове хоть сколько-то целостную картину того мира, нужно изучать этот материал (порой противоречивый) много лет. Я этим занимаюсь уже лет тридцать и до сих пор себя чувствую сидящей с чашкой воды на берегу океана. А я, на минуточку, могу перечислить абсолютно все, что надето на любом моем персонаже в любой момент его жизни, и рассказать, как эти предметы изготавливались. Кое-что умею делать сама. Знаю, звенит ли на ходу кольчуга, как ее надевают и как снимают, и носит ли воевода шлем постоянно - вместо шапки. Но чем больше ты погружаешься в материал, тем дальше уходит горизонт непознанного. К счастью для них, большинство авторов об этом даже не знает и рисует «свою Древнюю Русь», опираясь на смутные воспоминания о виденном в детстве фильме «Садко».

Есть и другой подход: тщательно списывать в свой текст все имеющиеся источники. Так что роман превращается в конспект, слегка связанный сюжетом, как знаменитая «Анна Ярославна» Ант. Ладинского. Иным читателям это даже нравится: тут тебе и роман, тут тебе и учебник. Но на деле получается недостоверный учебник, помноженный на скучный роман. Когда автор просто не знает, о чем его герои могли бы поговорить, только и остается заставить их цитировать какой-нибудь литературный памятник. Для иного подхода надо видеть в них людей, а не картинки из учебника.
Чтобы в нужной мере знать и понимать эпоху и ее жителей (хотя бы стремиться к этому), надо материалу посвятить много лет. Но это просто невозможно для того, кто случайно или почти случайно задумал одну-две книги «про князей» среди других своих сочинений. Для этого на Древней Руси надо специализироваться, а такая специализация среди писателей – явление нечастое. Потому что работы на много лет, а гонорар – на две недели жизни. Нерентабельно, писатели тоже не дураки.

И тут содержится еще одна большая засада. Часто исторический жанр избирается, сознательно или неосознанно, людьми, лишенными таланта. Не будучи способными описать жизнь, которая перед глазами, они уходят «в сказку», где не требуется соблюдать причинно-следственные связи, а вместо героев можно выпустить картонных кукол. Ведь и публика думает, что тысячу лет назад жизнь была странная, а люди примитивные. И то, что на материале современной жизни сразу обнаружило бы бездарность автора и фальшь всех его построений, в историческом жанре прокатывает. Потому что у него и так репутация чего-то занудного и неестественного.

Итак, появлению исторического романа о раннесредневековой Руси, который бы с чистой совестью можно было рекомендовать, препятствует нехватка понимания, знаний и таланта. Того же, чего и другим направлениям. Но в историческом с этим еще унылее. Потому что оно удивительно непопулярно в народе. Разнообразные вымышленные истории из жизни вымышленных миров (примеры сами знаете) привлекают куда больше интереса, чем реальная история собственного народа. Для меня это парадокс. Но это так. А пока историческое (древнерусское) направление в литературе мало популярно, его и будут заполнять отторгнутые другими направлениями зануды, неучи и графоманы.
Ну а почему пока историческое направление в литературе мало популярно – этот вопрос выходит далеко за рамки моей небольшой заметки…

© Дворецкая Е.А., текст, 2018

Back to top