Византийский Ковчег | Под звуки гудаствири…

Под звуки гудаствири…

119
4 минуты

Стук колёс на меня всегда действует одинаково — усыпляет, и, знай древние греки железную дорогу, быть бы их Морфею поездом. Мы ехали c ребятами на сборы по плаванию из Адлера в Тбилиси. Вторя стуку колёс, мерно качался вагон, в окна нашего плацкарта заглядывал и снова кутался в чёрное полотно неба молодой месяц.

«Тудух-тудух, тудух-тудух…» — поёт свою колыбельную железная магистраль, «ву-ух, ву-ух…» — аккомпанируют ей за окном пролетающие мимо столбы электропередач. Из динамика под потолком плывут тихие, печальные звуки гудаствири*. Низкий, протяжный голос мествири** уносит меня всё дальше к заснеженным вершинам Кавказа. Веки тяжелеют — и я снова проваливаюсь в омут бессознательных миров… Вокруг всё затрясло и… кто-то бесцеремонно вытолкнул меня в приглушённый свет плацкартного вагона.

— Вова! — меня настойчиво трясли за плечо.

 Я открыл глаза. Рядом со мной умостилась Галя.

— Вова, скажи, что я твоя девушка! — прошелестела она.

— Чего?! — я моментально проснулся.

— Скажи тем двум парням, грузинам, что я с тобой. Пристают.

сторонке, возле двери в тамбур, стоял незнакомый черноволосый парень и поглядывал на нас.

— А где второй? — спросил я, машинально обуваясь.

— В тамбуре, — и, чуть запнувшись, добавила: — с Викой.

Вика Коростылёва была самой красивой девушкой в нашей команде по плаванию. Ну, или одной из самых красивых. В поезде мы ехали без наставников, потому что наш тренер улетел раньше и теперь должен встретить нас на вокзале в Тбилиси.

Надо было что-то делать! Тут уж не до гудаствири!

— Говорил вам, не играйте с ними в карты, — зло буркнул я. Со мной они так никогда не хихикали! — Теперь расхлёбывай за вас.

Галя виновато молчала.

— Уважаемый, это моя девушка! — мне было пятнадцать и опыт общения на востоке подсказывал, что не все дела улаживаются нахрапом.

пытался выглядеть суровым, хмуря брови. Из-за моей спины выглядывала Галка.

— Зачем такой сэрдитый? — во все тридцать два осклабился парень. — Твой дэвушкэ никто не тронет. Всэм скажу! — он сделал выразительный жест рукой.

— Теперь — за Викой, — шёпотом направляла меня осмелевшая Галя.

В тамбуре вился сизый дымок.

— Куда такой красавица едит? — спрашивал Вику давешний напарник по «дураку», играя в зубах папироской.

— На ЦС «Буревестник» по плаванию, — Вика была немного напугана, отвечала кавалеру быстро и чётко, без лишнего кокетства, будто и не хихикала недавно с ним за картами.

— Буревестник?! Какой гордый птица, а! Лерма-антов читал «Кавказский пленник», а? — сладко протянул парень, чуть наклонился к Вике.

— Уважаемый, это моя девушка! — встрял я и подумал: «Если вышло в первый, то должно прокатить и во второй раз».

— Слюшай, он всэх красывых здесь забрал! — услышал я за спиной Галкиного ухажёра. — Вриот, навэрно!

Викин ухажёр недобро глянул на меня, полез за чем-то в карман. В затылок мне гневно дышали. «Не прокатило!» — я готовился к худшему.

— Это мой парень! — сделав шаг в сторону, Вика (сама недоступная красавица Вика!) вдруг прижалась к моему плечу.

— Наш парень, — своевременно добавила Галя и прижалась к другому. Мне сделалось жарко. За такое и пострадать не жалко! — Правда?! — парни даже удивились.

Чтобы не выдать дрожь в голосе, я коротко кивнул.

— Ва-ах! — в голосе одного из парней восхищение смешалось с удивлением.

И повёл девушек из тамбура в их плацкарт, чувствуя на себе восторженные взгляды кавказцев.

Улеглись. В вагоне стало тихо. Снова о чём-то грустила по радио гудаствири. Из вагона-ресторана потянуло пряным мясным духом. Я к тому времени проголодался и уже не мог уснуть, подумывая о завтраке.

И вдруг:

— Дэвушкэ, дорогой!.. — послышалось в конце вагона.

Я машинально вскочил с постели и высунулся в проход вагона. Мои недавние знакомые стояли у чьего-то изголовья. Мы встретились глазами. «Это тоже твой?» — прочитал я по губам их вопрос.

Я отрицательно мотнул головой и снова лёг.

«Лучше бы опять «моим» пристали», — под томные звуки гудаствири мечтательно вздыхал я, ворочаясь, и вновь ощущал близость девчачьих плеч.

   

* Гудаствири — грузинская волынка.

** Мествири — бродячий певец, музыкант, рассказчик.

 

 

Джорджия

• Свиная вырезка — 500 г

• филе куриное — 500 г

• шампиньоны — 400—500 г

• майонез — 250—300 мл

• сыр сулугуни — 500 г

• растительное масло для жарки

• соль

• перец

 

 

Филе куриное и свиную вырезку промоем, нарежем небольшими кубиками. Выложим на сковороду и обжарим на растительном масле до полуго­товности, посолим, поперчим. Нарежем шампиньоны пластинками и тоже обжарим. На противень выложим мясо, затем слой шампиньонов, сверху — майонез и тёртый сыр. Запекать нужно в духовке при температуре 180 градусов до готовности.

 

Текст приводится по изданию: Софиенко, В. Г. 

Жизнь по зёрнышкам: зарисовки о насущном - Петрозаводск : 

Verso, 2017. - 107 с., - ISBN 978-5-91997-262-4
© Софиенко В.Г., текст, 2020